Сегодня с вами работает:

книжный фей Рома

Консультант Рома
VELCOM (029) 14-999-14
МТС (029) 766-999-6
Статус консультанта vilka.by

 Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс

 Захаживайте в гости:

 www.facebook.com  www.twitter.com    Instagram

 
 
 
 
 
 
 
 
 

Авторы

 
 
 
 
 
 
 
 
Баннер
 
 
 
 
 
 
 
 

Книжная лавка

ПРОЗА / французская литература

icon Воздушные змеи

Les cerfs-volants

book_big

Издательство, серия:  Астрель,   CORPUS 

Жанр:  ПРОЗА,   французская литература 

Год рождения: 1980 

Год издания: 2012 

Язык текста: русский

Язык оригинала: французский

Страна автора: Франция

Мы посчитали страницы: 480

Тип обложки: 7Б – Твердый переплет. Плотная бумага или картон.

Оформление: Частичная лакировка

Измеряли линейкой: 187x137x32 мм

Наш курьер утверждает: 414 граммов

Тираж: 4000 экземпляров

ISBN: 978-5-271-45442-4

buy не можем раздобыть »

Закончился тираж... но не надежды на переиздание :)

В маленьком городке Клери, недалеко от Парижа, живёт старый нормандец Амбруаз Флёри, местный почтальон, который одержим идеей воздушных змеев. Чудак, не правда ли? Амбруаза называли «тронутым почтальоном из Клери», «тихим чудаком», «помешанным стариком Флёри». Воздушные змеи Амбруаза — не просто бумажные или картонные фигурки на длинных нитях. Это художественные творения. Вышедшие из-под рук мастера, давшего им ласковые имена, они для него живые существа, символизирующие красоту, свободу, любовь, добро. Основная лирическая тема романа — любовь Людо, провинциального парня, к Лиле Броницкой, девушке из польской аристократической семьи, родовая усадьба которой по случайности оказалась рядом с фермой Флёри. Отец Лилы, хоть и принадлежал к одной из четырёх или пяти ветвей высшей польской аристократии, благодаря приверженности к рулетке был по уши в долгах, и семья чудом сводила концы с концами. Людо, гений в области устного счета, становится счетоводом у Броницких. Молодые люди почти неразлучны и счастливы. 

Война всё меняет в судьбе героев, обрекая Лилу и Людо на расставание. Семья Броницких уезжает в Польшу, и в течение нескольких лет влюблённые видятся случайно, урывками, а потом и вовсе теряют друг друга; Людо, избежавший фронта, уходит в подпольную деятельность. Война рушит мир и старого Амбруаза. Повинуясь внезапной вспышке гнева, накануне прихода фашистов, он уничтожает, растаптывает каблуком почти всю свою коллекцию воздушных змеев, куда входит и самая его любимая серия энциклопедистов: Руссо, Дидро, Вольтер. Людо еле-еле удалось спасти остатки работ, бывших для него национальным достоянием. Придя в себя, Амбруаз продолжает работать дальше, и когда немцы входят в город, их встречает парящий в небе змей в виде Лотарингского креста, ставшего эмблемой движения «Сражающаяся Франция», возглавляемого де Голлем. А через несколько дней, когда в Клери приходит весть об уничтожении евреев, случается невероятное: проснувшись утром, изумлённые жители городка видят в вышине семь воздушных змеев в форме жёлтых шестиконечных звезд. Амбруаза бросают в тюрьму, от которой его спасает репутация умалишённого. Но временное освобождение не помогает ему избежать ни Бухенвальда, ни Аушвица. Его считали погибшим — до тех пор, как однажды, через 20 месяцев после ареста Амбруаза, Людо увидел летевшего в небе змея, изображающего генерала де Голля. 

Форма протеста и борьбы может быть выражена по-разному. Есть в романе чудесный персонаж, это Марселен Дюпра, хозяин ресторана «Прелестный уголок», искусный кулинар, творец невиданных блюд и тоже в своём роде одержимый, как и его приятель Флёри. Первым решением Дюпра было бойкотировать врага, но после приказа чуть ли не самого фюрера сохранить «кулинарный гений» Франции, Дюпра, проведя бессонную ночь, придумал следующий выход: «его ресторан должен оставаться тем, чем он был всегда, — одной из подлинных ценностей Франции; и он, Марселен Дюпра, каждый день будет доказывать врагу, что его нельзя победить». Конечно, чтобы оценить истинную позицию Дюпра, надо было его хорошо понять, а не обзывать подхалимом или коллаборационистом. Но Дюпра плевал на эти прозвища и не без крепких выражений разъяснял глупцам, что те, кто несёт ответственность за великую французскую кухню, будут защищать её до конца, и, в конечном счете, войну выиграет не Германия, не Америка и не Англия — войну выиграет Дюпра и его «Прелестный уголок»! В этом вызове было и отчаяние, и искренность, и притворство, и верность своему призванию, но французская кулинария стала для Дюпра «последним окопом», и он продолжал подавать немцам суфле из печени с брусникой, салат из раковых шеек и телячье жаркое. Ромен Гари — писатель остро социальный. Очевидно, это присуще всей его прозе, отличающейся благородством, духовностью, добротой. Его романы населяют чудесные люди — смешные и доверчивые, живые и умные, любящие и страдающие, идеалисты, стремящиеся переделать мир. «Я верую в личную свободу, в терпимость и в права человека…, в прогресс…, — писал он. — Возможно, что я обманываюсь,… тогда я готов погибнуть вместе с людьми и слонами, но не раньше, чем попытаюсь их защитить всеми силами от разгула тоталитаризма, националистов, расистов, мистиков и маньяков». «Оn nе saurait mieux dire» — лучше не скажешь.

Фрагмент книги:

В середине июня я наелся до отвала земляники и задремал, а открыв глаза, увидел перед собой девочку с очень светлыми волосами, в большой соломенной шляпе; она строго на меня смотрела. Под ветвями солнце перемежалось с тенью; мне ещё и теперь, после стольких лет, кажется, что эта игра светотени вокруг Лилы никогда не прекращалась, и в тот миг волнения, причина и природа которого были мне тогда непонятны, я был в какой-то мере предупреждён о будущем. Инстинктивно, под влиянием то ли неведомой внутренней силы, то ли слабости, я сделал жест, окончательность и бесповоротность которого не мог предвидеть: я протянул пригоршню земляники строгому белокурому существу. Но так просто я не отделался. Девочка села рядом со мной и, не обращая никакого внимания на горсть земляники, завладела всей корзинкой. Итак, роли были распределены навсегда. Когда на дне корзинки осталось всего несколько земляничин, она мне её вернула и сообщила не без упрёка:

— С сахаром вкуснее.

Я не колебался. Я вскочил, помчался во весь дух в Ла-Мотт, пулей влетел на кухню, схватил с полки кулёк сахарной пудры и с той же скоростью проделал обратный дуть. Она была на месте и сидела на траве, положив рядом шляпу и разглядывая божью коровку на тыльной стороне руки. Я протянул ей сахар.

— Больше не хочу. Но ты милый.

— Оставим здесь сахар и придём завтра, — сказал я с вдохновением отчаяния.

— Может быть. Тебя как зовут?

— Людо. А тебя? Божья коровка улетела.

— Мы ещё недостаточно знакомы. Может, когда-нибудь я и скажу тебе моё имя. Знаешь, я довольно загадочна. Наверно, ты меня никогда больше не увидишь. Чем занимаются твои родители?

— У меня нет родителей. Я живу у дяди.

— Что он делает?

Я смутно чувствовал, что «сельский почтальон» было не то, что надо.

— Он мастер воздушных змеев, — сказал я. На неё это как будто произвело благоприятное впечатление.

— Что это значит?

— Это как капитан дальнего плавания, только в небе. Она подумала ещё минутку, потом встала.

— Может быть, завтра я опять приду, — сказала она. — Не знаю. Я очень неожиданная. Сколько тебе лет?

— Скоро будет десять.

— О, ты для меня слишком молод. Мне одиннадцать с половиной. Но я очень люблю землянику. Жди меня здесь завтра в это же время. Я приду, если у меня не будет ничего более интересного.

Она ушла, в последний раз строго взглянув на меня.

Назавтра я набрал, наверно, три кило земляники. Каждые несколько минут я бежал смотреть, не идёт ли она. В этот день она не пришла. Не пришла ни завтра, ни послезавтра.

Рекомендуем обратить внимание