Сегодня с вами работает:

книжная фея Катя

Консультант Катя
VELCOM (029) 14-999-14
МТС (029) 766-999-6
Статус консультанта vilka.by

facebook twitter vkontakte livejournal Instagram

www.vilka.by:
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс

Сон Гоголя:
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс

 
 
 
 
 
 
 
 
 

Авторы

 
 
 
 
 
 
 
 
Баннер
 
 
 
 
 
 
 
 

Книжная лавка

ПРОЗА / французская литература

icon Просто пространства. Дневник пользователя

Espèces d'espaces. Journal d'un usager de l'espace

book_big

Издательство, серия:  Издательство Ивана Лимбаха 

Жанр:  ПРОЗА,   французская литература 

Год рождения: 1974 

Год издания: 2012 

Язык текста: русский

Язык оригинала: французский

Страна автора: Франция

Переводчики:  Кислов Валерий 

Мы посчитали страницы: 152

Тип обложки: 7Б – Твердый переплет. Плотная бумага или картон.

Измеряли линейкой: 185x115x13 мм

Наш курьер утверждает: 184 грамма

Тираж: 2000 экземпляров

ISBN: 978-5-89059-171-5

buy в лист ожидания »

К сожалению, закончился тираж...

«Просто пространства» вышли впервые в 1974 году и являются показательным примером того, что интересовало Перека на протяжении его литературной жизни: игры, аллюзии, гиперссылки, исчезновения и растворения. Перек был членом группы УЛИПО — «мастерской расширения литературных возможностей», куда входили одновременно литераторы и математики, — и обожал всякие анаграммы, кроссворды и палиндромы, всё то, что позволяет языку выказать иные свойства, подобные тем, что есть у чисел. 

С пространствами в этой книге Перек обращается примерно так же: он рассматривает их с точки зрения существования (скажем, город как пространство существовал не всегда; не везде; не статичен и не имеет жёстких границ), функциональности, назначения и внешнего вида. Все эти способы постижения так или иначе возвращаются к тексту и, безусловно, описывают наблюдающего за пространствами более, чем что-либо ещё. Прежде всего, это книга не о пространствах физических, а о том, как они преобразуются в пространстве мысли; не о поездках, но о перемещениях, не о бытии, но о сознании.

Исследователи Перека говорят, что тема исчезания (исчезновения) обусловлена гибелью большинства его родных и прежде всего — его матери в лагере смерти (в романе «Исчезание»/La Disparition Перек «исчезает» букву е, одну из наиболее часто употребляемых во французском); приводят его слова «Нет у меня воспоминаний детства!» (книга «W, или Воспоминания детства» — автобиография и антиутопия, память и воображение, слитые в одном пространстве текста), ставят его в один ряд с Прустом, Джойсом и Кафкой, пишут диссертации на основе его текстов и затрудняются в их классификации. Постмодернизм в начале своём — безусловно; социальная критика и увлечённость масскультом; но в первую очередь игра с текстами (чужими) внутри текста (своего). 

Трудность восприятия текстов Перека даже не в сложности его текстов, а в готовности (или, скорее, неготовности) читателя играть в эту игру со своей стороны. 

По словам переводчика Валерия Кислова, Перек в «Просто пространствах» строит повествование методом трансфокации: начинает со страницы и далее, по возрастающей переходит к постели, комнате, квартире, затем дом, город, страна, Европа и, наконец, - весь мир. Эти перековские игры с пространством напоминают конструктор Лего - казалось бы, можно переставить элементы в любой последовательности, но нет, даже одна буква, вырванная из текста, изменит всё мироздание.

Предисловие

Предмет этой книги — не пустота, а скорее то, что вокруг или внутри неё (см. рис. 1). Хотя на самом деле изначально есть невесть что: ничто, нечто неощутимое, фактически нематериальное; нечто протяжённое, внешнее, то, что вне нас, то, в чём мы перемещаемся; окрестность, окружающее пространство.

Пространство. Даже не столько бесконечные пространства, чьё безмолвие — в силу его непрерывности — порождает нечто похожее на страх, или почти одомашненные межпланетные, межзвёздные и межгалактические пространства, а пространства, пусть теоретически, куда более близкие: например, городские или сельские, а ещё переходы метро или какой-нибудь парк.

Мы живём в пространстве, в этих пространствах, в этих городах, в этих сельских местностях, в этих переходах, в этих парках. И это кажется нам очевидным. Возможно, это действительно должно быть очевидным. Однако это вовсе не очевидно, само собой не разумеется. Хотя, разумеется, всё это реально, а следовательно — и даже вероятнее всего, — подвластно разуму. Можно дотронуться. Можно даже размечтаться. Ничто, например, не мешает нам вообразить что-то не городское и не загородное (не пригородное), или такие переходы метро, которые были бы одновременно парками. Ничто не запрещает нам представить и метро в сельской местности (я даже видел рекламу на эту тему, но — как сказать? — это была такая «рекламная тема»). В любом случае несомненно: когда-то, настолько давно, что ни у кого из нас не сохранилось о тех временах ни одного хоть какого-то чёткого воспоминания, ничего этого не было: ни переходов метро, ни парков, ни городов, ни сельской местности. Вопрос даже не в том, чтобы понять, как мы до этого дошли, а в том, чтобы всего лишь признать, что мы до этого дошли, что мы уже здесь: нет единого пространства, единого красивого пространства, единого красивого пространства вокруг, единого красивого пространства вокруг нас, а есть множество участков пространства; один из них — переход метро, другой — парк, третий (тут мы сразу же попадаем в пространства более обособленные), поначалу скромный размерами, потом колоссально увеличился и стал Парижем, тогда как соседнее пространство, изначально обладавшее ничуть не меньшими возможностями, довольствуется тем, что осталось местечком Понтуаз. Ещё одна часть пространства, куда больших размеров и приблизительно шестиугольной формы, была обведена жирной пунктирной линией (всего лишь траектория этой пунктирной линии явилась единственной причиной бесчисленного множества событий, в том числе событий исключительной важности), и всё, что находилось внутри пунктирной границы, было решено закрашивать фиолетовым цветом и называть Францией, а всё, что находилось вне пунктирной границы, закрашивать по-другому (кстати, находящимся вне вышеназванного шестиугольника вовсе не хотелось закрашиваться одинаково: одна часть пространства желала быть одного цвета, другая — другого цвета, откуда и пресловутая топологическая проблема четырёх красок, не разрешенная и по сей день) и называть иначе (на самом деле, долгие годы настойчиво рекомендовалось закрашивать фиолетовым цветом — а значит, и называть Францией — частицы пространства, которые не принадлежали вышеназванному шестиугольнику и часто находились от него весьма далеко; но отстоять это, в общем, так и не удалось).

Короче говоря, пространства множились, дробились и разнились. Сегодня они бывают всех видов и размеров, для любого назначения и применения. Жить как раз и означает переходить из одного пространства в другое, стараясь по возможности не ушибиться.

Или, если угодно:

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Чей-то голос (за кадром):

На севере — ничего.

На юге — ничего.

На востоке — ничего.

На западе — ничего.

В центре — ничего.

Занавес. Конец первого действия.

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

Чей-то голос (за кадром):

На севере — ничего.

На юге — ничего.

На востоке — ничего.

На западе — ничего.

В центре — палатка.

Занавес. Конец второго действия.

ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ И ПОСЛЕДНЕЕ

Чей-то голос (за кадром):

На севере — ничего.

На юге — ничего.

На востоке — ничего.

На западе — ничего.

В центре — палатка.

А

перед палаткой

какой-то денщик

чистит пару сапог

ГУТАЛИНОМ «ЧЁРНЫЙ ЛЕВ»!

Занавес. Конец третьего и последнего действия.

(Автор неизвестен, запомнилось году в 1947-м, припомнилось в 1973-м)

Или вот ещё что:

В Париже есть улица; 
на улице — дом;
в доме — лестница;
на лестнице — комната,
в комнате — стол;
на столе — скатерка;
на скатерке — клетка;
в клетке — гнездо;
в гнезде — яйцо;
в яйце — птица.
Птица своротила яйцо;
яйцо своротило гнездо;
гнездо своротило клетку;
клетка своротила скатерку;
скатерка своротила стол;
стол своротил комнату;
комната своротила лестницу;
лестница своротила дом;
дом своротил улицу;
улица своротила город Париж.

Поль Элюар. «Детская песенка из Де-Севр» («Поэзия невольная и поэзия умышленная») 

Рекомендуем обратить внимание