Сегодня с вами работает:

         Консультант  Гоголь Николай Васильевич

www.vilka.by: Пн  Вт  Ср  Чт  Пт  Сб  Вс

Сон Гоголя: Пн  Вт  Ср  Чт  Пт  Сб  Вс

По выходным страна, коты, воробьи и ёлки отдыхают! А наш магазинчик «Сон Гоголя» на Ленина, 15 работает каждый день с 10 до 22!

VELCOM (029) 14-999-14
МТС (029) 766-999-6

Адрес для личных депеш: gogol@vilka.by

Захаживайте в гости:   www.facebook.com  www.twitter.com    Instagram

 
 
 
 
 
 
 
 
 

Авторы

 
 
 
 
 
 
 
 
Баннер
 
 
 
 
 
 
 
 

Книжная лавка

КУЛЬТУРОЛОГИЯ

icon Политики природы. Как привить наукам демократию

Politiques de la nature. Comment faire entrer les sciences en democratie

book_big

Издательство, серия:  Ad Marginem Press,   Совместная издательская программа с ЦСК "Гараж" 

Жанр:  КУЛЬТУРОЛОГИЯ 

Год рождения: 1999 

Год издания: 2018 

Язык текста: русский

Язык оригинала: французский

Страна автора: Великобритания

Мы посчитали страницы: 336

Тип обложки: Мягкий переплет (крепление скрепкой или клеем)

Измеряли линейкой: 199x145x20 мм

Наш курьер утверждает: 360 граммов

Тираж: 2500 экземпляров

ISBN: 978-5-91103-421-4

25 руб.

buy заверните! »

Наличие: "Их есть у меня!" :)

Главной целью философа является выработка новой концепции политической экологии, позволяющей совместить научные практики с демократическим процессом принятия решений, что требует одновременного пересмотра трёх фундаментальных для западной философии понятий логоса, фюсиса и полиса. Опираясь на разработки в области социологии наук, сравнительной антропологии, политической философии, а также на принципиально новое осмысление практики экологических движений, Латур предлагает программу построения «общего мира», в котором нечеловеческие акторы принимают участие на равных с людьми.

В центре внимания Латура— развивавшаяся в последнее время идея политической экологии, которая породила движения, старающиеся воздвигнуть в качестве основополагающего политического принципа заботу об окружающей среде. В практике этих движений наблюдается застой, и Латур пожелал разобраться в самой идее политической экологии, чтобы выяснить причину такого исхода. В процессе этого исследования выясняется, что политическая экология из-за непроработанной теоретической основы заблуждается относительно своей реальной деятельности. Забота о природе на самом деле не входит в сферу её компетенции по ряду причин.

Первая причина заключается в том, что политика не может защищать интересы природы, так как изначально создана для защиты интересов человека и именно его полагает субъектом. Она может защищать природу, только наделив её субъективными качествами и естественными правами, ранее принадлежавшими лишь человеку: это ведёт к абсурду. Вторая причина — политическая экология полагает реальные интересы природы и природу саму по себе как явление, доступное непосредственному пониманию человека, тогда как на самом деле она имеет дело лишь с научной интерпретацией феномена природы. Поэтому разговоры о глобальных природных кризисах всегда субъективны, касаются частностей и не имеют под собой настоящих оснований. Значение политической экологии состоит в том, что она выявляет контраст между ясными, чётко определёнными научными понятиями и непредсказуемыми, выходящими за пределы этих понятий явлениями реального мира во всей их сложной внутренней взаимосвязи.

 

Политики природы. Как привить наукам демократию. Politiques de la nature. Comment faire entrer les sciences en democratie. 978-5-91103-421-4. Автор Бруно Латур. Bruno Latour. Издательство Ad Marginem Press. Ад Маргинем Пресс. Совместная издательская программа с центром современного искусства "Гараж". Беларусь. Минск. Интернет-магазин в Минске (vilka.by). Книжный Сон Гоголя. Купить книгу, читать отзывы, читать рецензии, читать отрывок

 

Интервью Стива Полсона с Бруно Латуром

«Зачем учёным обращаться за помощью к таким, как Вы, — социологам науки?

Мы показываем, что наука является неотъемлемой частью культуры, и что сегодня наша культура практически втянута в войну против самой науки. После того как США вышли из Парижского соглашения по климату, это становится вопросом войны и мира. Мистер Трамп фактически объявил войну Европе и остальному миру, говоря «У нас, в США, никаких климатических изменений нет. У вас есть, а у нас нет». Это геополитическая война. Это настоящая трагедия, но теперь становится ясно, что вопросы геополитики завязаны на проблему климатических изменений. Что вы должны делать, когда ваш союзник говорит вам «Идите к чёрту!» Это принципиально новая ситуация. До этого существовало то, что называли солидарностью Запада, раньше французы и европейцы видели в США союзника. Этим вопросом серьёзно интересуются военные. В настоящий момент я обсуждаю вопросы климатических изменений с людьми из французского Министерства обороны.

Почему это интересует военных?

Это ключевой вопрос для различных моделей миграции и осмысления того, что касается использования различных источников энергии. До Трампа не было понятно, что вопрос климата является ключевой геополитической проблемой. Теперь это ясно. На самом деле, мы могли бы решить эту проблему, если бы приложили усилия, сопоставимые с теми, что когда-то были потрачены на осуществление Манхэттенского проекта во время Второй мировой войны.

То есть, если бы мы занялись этой проблемой несколько десятилетий назад и смогли реорганизовать нашу промышленность, то климатических изменений бы не было?

Да. Историк [Наоми] Орескес говорит, что это было возможно ещё в 1980-м году.

Вы говорите о том, чтобы уйти от экономики, завязанной на углеводородах?

Да, провести декарбонизацию. Это очень просто. Я хочу сказать, это намного проще войны. Разумеется, с каждым годом это становится всё сложнее. Трагедия в том, что она всё усугубляется процессом, известным как «шестое вымирание» [вызванное человеческой деятельностью исчезновение флоры и фауны по всему миру].

Я хотел бы немного отвлечься и поговорить о Вашей биографии. Вас представляют то как социолога, то как антрополога, то как философа. Как бы Вы описали себя сами?

Да, полагаю, я не слишком дисциплинирован. В глубине души я философ, но антропологи приняли меня за своего, поскольку я занимался вопросами модерна, а модерн сегодня превратился в проблему антропоцена. Поэтому работа, которую я проделал много лет назад, заявив, что мы никогда не были людьми модерна, наконец-то получила свое оправдание. Все согласны с тем, что нам не удастся модернизировать планету. Вместо этого происходит нечто другое. Оно называется Антропоценом. И, несмотря на то, что ни один социолог не принимает меня за своего, я — социолог.

Вы действительно защитили докторскую по теологии?

Да, меня серьёзно занимает философия религии, точнее — библейской экзегезы, которая является классической школой чтения текстов. Философия и теология здесь пересекаются.

Вы получили религиозное воспитание?

Я католик, и это крайне важный момент, объясняющий мой интерес к текстам. Я также очень чувствителен к злоупотреблениям религией. У меня хороший слух, я всегда чувствую, когда религиозные взгляды переносятся в политику. Поэтому я внимательно слежу за тем, чтобы не смешивать политику и религию.

Одно дело изучать религию и уметь интерпретировать Библию и совсем другое — быть практикующим католиком. Вы ходите в церковь?

Да, я хожу в церковь. Но религию понимают ещё меньше, чем науку, и, должен сказать, это меня обескураживает. Люди преобразовывают религию в идеологию, в веру, хотя она не имеет никакого отношения к вере. Я не верю в веру как категорию. Вера в Бога — ошибочная категория. Я был воспитан на экзегетической традиции [Рудольфа] Бультмана, поэтому для меня вера — ошибочное понимание того, как текст должен воздействовать на вас. Я имею в виду, верите ли вы в Непорочное Зачатие Девой Марией? Ни на секунду, если вы спросите меня. Но если вы спросите, что породило эту веру, то я укажу вам на конкретный момент в истории Церкви, когда было важно выступить с подобным толкованием.

Почему Вы ходите в церковь? Почему для Вас это так важно?

Потому что Церковь, несмотря на все её ограничения и медленное преобразование религии в веру и идентичность, по-прежнему активна в самых разных сферах. Эти понятия — Слово [Logos], Дух — меняют жизнь тех, к кому вы обращаетесь. Именно это я хочу холить и лелеять, но это совсем не то же самое, что вера.

С точки зрения информативности, содержание Библии крайне ограничено. Но нам стоит отказаться от определения религии, которое, к сожалению, является доминирующим практически повсюду. Это проявляется и в политике, которую практически заменили вопросы идентичности, опять же, с точки зрения веры. «Я верю в то-то и не собираюсь это обсуждать. Это не подлежит обсуждению». Поэтому такая страна как США сегодня связывает вопросы политики и веры. С такими ощущениями нельзя заниматься политикой».

syg.ma

Перевод с французского — Евгения Блинова

Рекомендуем обратить внимание