Сегодня с вами работает:

         Консультант  Гоголь Николай Васильевич

www.vilka.by: Пн  Вт  Ср  Чт  Пт  Сб  Вс

Сон Гоголя: Пн  Вт  Ср  Чт  Пт  Сб  Вс

По выходным страна, коты, воробьи и ёлки отдыхают! А наш магазинчик «Сон Гоголя» на Ленина, 15 работает каждый день с 10 до 22!

VELCOM (029) 14-999-14
МТС (029) 766-999-6

Адрес для личных депеш: gogol@vilka.by

Захаживайте в гости:   www.facebook.com  www.twitter.com    Instagram

 
 
 
 
 
 
 
 
 

Авторы

 
 
 
 
 
 
 
 
Баннер
 
 
 
 
 
 
 
 

Книжная лавка

русская литература

icon Побег куманики

book_big

Издательство, серия:  АСТ,   Астрель 

Жанр:  русская литература 

Год рождения: 2006 

Год издания: 2009 

Язык текста: русский

Мы посчитали страницы: 416

Тип обложки: 7Б – Твердый переплет. Плотная бумага или картон.

Измеряли линейкой: 207x132x21 мм

Наш курьер утверждает: 390 граммов

Тираж: 4000 экземпляров

ISBN: 978-5-17-059913-4, 978-5-271-24133-8

buy в лист ожидания »

К сожалению, закончился тираж...

Перед нами лучший, на мой взгляд, русский роман за последние несколько лет. Причудливая смесь европейского криптодетектива (в традиции не столько Дэна Брауна, сколько Умберто Эко и Борхеса, но и не без Фаулза) с отечественным блаженством нищих духом, которое восходит, разумеется, к Достоевскому. К князю Мышкину.

Виктор Топоров

 

Дело было так. Однажды летом, после дождя, мы с Леной Элтанг и Володей Коробовым сидели на веранде у озера. День выдался длинный, почти как в детстве, поэтому времени (а также кофе, хлеба и красного вина) в кои‑то веки у нас оказалось в избытке. Даже радуги в тот день раздавали щедрой рукой, по крайней мере, нам досталось целых две. Мы, как видите, были немыслимые богачи.

Когда радуги наконец потускнели и пришлось срочно подыскивать другую тему для беседы, мне пришло в голову, что было бы забавно написать втроём роман. Желательно, детективный. Три таких разных автора, казалось мне, дадут жизнь персонажам настолько несхожим, что в их устах детективный сюжет раскрошится на несколько десятков, если не сотен версий, которые тут же сплетутся в немыслимый узел, так что «Ворота Расёмон», где число версий происшедшего равно числу персонажей – всего‑то! – покажутся образцом линейной логики в сравнении с результатом наших усилий.

Идея была, прямо скажем, не самая оригинальная, из тех, что вполне можно пересказывать друзьям, чтобы скрасить послеобеденную беседу, но вряд ли стоит воплощать в жизнь. Однако напоминаю, в тот день у нас всего было много, гораздо больше, чем требуется, – радуг, хлеба, кофе, вина и времени – времени! Опьянённые неслыханным этим богатством, мы пустились рассуждать о сюжете, выдумывать персонажей, и даже нарекать их человеческими именами. Имена записали на бумажки и поделили наугад, извлекая их поочередно из соломенной шляпы, – кто о ком стал бы писать, если бы мы все‑таки взялись за книгу. Отменно развлеклись, словом.

В числе прочих Лене Элтанг достался мальчик по имени Мозес. На том этапе он, насколько я помню, был второстепенным, но весьма харизматичным персонажем. Вероятно, именно поэтому, вернувшись домой, Лена решила завести ему дневник в интернете по адресу http://users.livejournal.com/moses/ . Сказано – сделано.

А потом начались чудеса. Я не преувеличиваю, скорее уж преуменьшаю.

Макс Фрай

 

"С выходом в свет романа Лены Элтанг «Побег куманики» в русской литературе появился новый Текст. Роман не с чем сравнить, и довольно сложно определить его жанр. Текст «Побега» исключительно точен и до предела насыщен смыслами. В нём нет ничего лишнего, и каждое слово, каждое предложение здесь максимально уклончиво, что и создает живое, «дышащее» пространство, в котором читательское внимание вне зависимости от намерений автора способно создавать свои собственные миры. Текст романа свободен, и более всего - от однозначного прочтения, поскольку он каждый раз другой: вот «совокупность монологов составляет хор персидских старейшин», но в следующее мгновение мы понимаем, что это «разговор опустившихся мойр в пыльном углу небосвода, деловито размахивающих пропитанными ницшеанской хлоркой ноздреватыми губками». Нет, нет, - это любовная переписка на фоне криптографического фарса. Не правда ли, это похоже на известную притчу о слепцах, которые со всех сторон ощупывают слона и делают при этом самые неожиданные выводы.
Множество повествовательных линий существующих в романе начинаются как бы случайно, ниоткуда и поначалу кажутся несвязными, но потом всё постепенно сплетается в тонкое коклюшечное кружево, случайное становится необходимым, а чтение всё больше и больше начинает напоминать само письмо: начинает казаться, что ты уже не читаешь текст, а сам пишешь свой собственный. По этой самой причине пересказывать сюжет романа не имеет никакого смысла. Как можно пересказать то, чего ещё нет, то, что зависит от направления движения переменчивого читательского внимания?"

 

Фрагмент книги: 

ноябрь, 22

 

сегодня все мерзнут, недаром ноябрь кончается, а мне жарко – пришел на воскресную работу в майке и сандалиях на босу ногу

ты – хейока! сказал мне хозяин

это такой человек в племени, который все делает наизнанку

когда у всех падают листья, у него ягнятся овцы (это один поэт сказал, только про другое)

он может сунуть руки в котел с кипящей похлебкой и кричать, что мерзнет, а может, и правда мерзнет?

этот аргентинец, мой хозяин рикардо, знает много всяких штук о разговорах с мертвыми

мой доктор в здешней больнице тоже был из тех краев, только чилиец, он объяснял мои сны, говорил, что я вижу другую жизнь через дыру в стене настоящего

я думаю, он был немножко сумасшедший

чем ближе к огненной земле, тем громче голоса духов, получается

 

ноябрь, 26

 

о чужих стихах

 

так бывает, когда в кафе ждешь кого‑то, кого никогда раньше не видел

поеживаясь, входит бородач в слишком теплом пальто, этот? может быть, этот, ты готов простить ему эту бороду, смола и шерсть, как он мерзнет, бедняга, южная кровь стынет колючими шариками, сейчас мы закажем глинтвейн, в нем есть портовая дерзость, электрические демоны живут в испанских проводах, но нет, скрывается в комнате для персонала

этот? мальчик с принцевской ракеткой в чехле, он научит и меня! отделанная сосной раздевалка в теннисном клубе, горячие брызги на синем кафеле, ясный стук мячей в пустоте утреннего корта, вялые верлибры в холщовом блокноте, нет, уже обнимает девчушку в полосатых гольфах

этот? дверь толкает служащий с плоским лицом растерянного скруджа, не может быть, только не этот, ублюдок метемпсихоза, в прошлой жизни он был чучелом вороны, садится за столик для одного, хорошо, хорошо, еще кто‑то, почти неразличимый в сгустившихся сумерках, озирающийся на пороге, да? да? из фиолетовой тьмы выплывает женское, бессмысленное лицо, розовый жемчуг на крепкой шее, да что же это такое, наголо бритый camarero  чиркает спичками у тебя над ухом, esta bien ?  свечи плавают в черных лаковых вазах, ты крошишь туда лепестки, грызешь ногти и смотришь на дверь 

Рекомендуем обратить внимание