Сегодня с вами работает:

  Консультант  Пушкин Александр Сергеевич

         

www.vilka.byПн  Вт  Ср  Чт  Пт  Сб  Вс

Сон ГоголяПн  Вт  Ср  Чт  Пт  Сб  Вс

Все отдыхают. За всё отвечает Пушкин!

Адрес для депеш: pushkin@vilka.by

Захаживайте в гости:  www.facebook.com   www.twitter.com      Instagram

 
 
 
 
 
 
 
 
 

Авторы

 
 
 
 
 
 
 
 
Баннер
 
 
 
 
 
 
 
 

Книжная лавка

ПРОЗА / New / турецкая литература

icon Мои странные мысли

Kafamda Bir Tuhaflık

book_big

Издательство, серия:  Иностранка,   Большой роман,   Азбука 

Жанр:  ПРОЗА,   New,   турецкая литература 

Год рождения: 2014 

Год издания: 2016 

Язык текста: русский

Язык оригинала: турецкий

Страна автора: Турция

Переводчики:  Аврутина, Аполлинария 

Мы посчитали страницы: 576

Тип обложки: 7Б -Твердый переплет. Плотная бумага или картон.

Оформление: Частичная лакировка

Измеряли линейкой: 216x149x26 мм

Наш курьер утверждает: 612 грамм

Тираж: 8000 экземпляров

ISBN: 978-5-389-08962-4

21.50 руб.

buy заверните! »

Наличие: "Их есть у меня!" :)

Орхан Памук — известный турецкий писатель, обладатель многочисленных национальных и международных премий, в числе которых Нобелевская премия по литературе за «поиск души своего меланхолического города».

Мои странные мысли
Навеяли уверенность того, что я вне времени
И вне пространства...
Вильям Вордсворт. Прелюдия. Книга 3


«...Главный герой «Моих странных мыслей» Мевлют — деревенщина, выходец из захудалого поселка в Анатолии, подростком приезжает в Стамбул в конце 1960-х и становится одним из сотен тысяч «понаехавших», мечтающих о собственном деле и процветании в самом большом, волнующем и богатом городе страны. Он ютится в гедже-конду (так называются фавелы на холмах под Стамбулом), помогает отцу торговать йогуртом вразнос, постепенно переходит на продажу бузы (слабоалкогольного напитка из перебродившего зерна), ходит в кино, грезит о доступных западных женщинах, бросает школу, служит в армии, а в один прекрасный день на свадьбе двоюродного брата смертельно влюбляется в сестру невесты — и три года пишет ей проникновенные любовные письма. Мевлюта обманывают и предают..., ему не везёт, а потом внезапно везёт — он находит друзей и поддержку, но читатель довольно быстро понимает: Мевлют — потомственный, хронический неудачник. Как бы ни обходилась с ним судьба, ни одним из её подарков он не сможет воспользоваться, и ничего хорошего его в будущем не ждёт. Правда, ничего специально плохого тоже — начавшись с трагикомического фиаско, его брак ... оказывается на диво счастливым, дочки радуют отца и мать, а работа разносчика бузы — тяжёлая, монотонная, местами унизительная и в любом случае не слишком доходная — парадоксальным образом приносит радость.

Главное в Мевлюте (и для Мевлюта) — это то, что он — точка фокусировки, через которую течёт время. Действие романа растянуто более, чем на 30 лет, в Стамбуле бушуют государственные перевороты, националисты борются с коммунистами, горят фавелы, мода на усы сменяется модой на их отсутствие, рушатся старые и вырастают новые здания, мигранты из деревни заполняют город, а через год их уже не отличишь от коренных стамбульцев, — и через всё это бредёт со своим неизменным шестом и бидонами мечтательный, задумчивый и нежный Мевлют. Некоторые страницы читаются почти как этнографическая проза, некоторые вызывают живой отклик и понимание... Но и то, и другое задаёт по-настоящему волшебный ритм, единожды погрузившись в который, ты обречён на протяжении шестисот страниц плыть по великому городу вместе с Мевлютом и его бузой. История жизни, вроде бы хрестоматийно неуспешной и печальной, вдруг оказывается элементом истории неизмеримо большей и в этом качестве вполне счастливой — ведь никому же не придёт в голову всерьёз говорить о несчастности капли внутри океана.

Мудрая проза, утешительная, завораживающая, поэтичная — к «Моим странным мыслям» подойдет любой из этих эпитетов и все они вместе... »

Галина Юзефович,
meduza.io

 

«Склонность Памука поэтизировать Стамбул и раньше роднила его с Джойсом, для которого главным источником вдохновения был Дублин — любимый и ненавистный одновременно. Однако именно работа над романом «Мои странные мысли» поставила писателей если не в равные, то в близкие к равным условия. Джойс писал «Улисса», кочуя из Швейцарии в Италию, из Италии — во Францию; главы «Моих странных мыслей» ложились на бумагу в Гоа, куда Памук перебрался не ради туристических забав, а в стремлении найти покой. Валентин Распутин утверждал, что главный инструмент писателя — это память. Как Джойс по памяти восстанавливал на страницах «Улисса» образ Дублина, так и в «Моих странных мыслях» воплощаются не сиюминутные, непосредственные впечатления Памука о Стамбуле, а его воспоминания о городе. Правда, историю уличного торговца Мевлюта, чьи предки покинули родную деревню в поисках лучшей жизни в шумном мегаполисе, вряд ли можно назвать бытописательной прозой в чистом виде. Суждения Мевлюта, бесстрастные, но меткие, выступают как часть мирового социополитического дискурса: устами героя давая оценку холодной войне и бесславной участи Советского Союза, Памук вновь с блеском увязывает масштабное общее с ничтожным частным, подложенный под ножку стула спичечный коробок — с крахом идеалов, веками определявших существование миллионов людей...»

Мария Смирнова,
афишаDaily

Читать отрывок:

Однажды воскресным утром в ноябре 1972 года, когда отец с сыном шли по своему обычному маршруту, по которому всегда разносили йогурт, Мевлют понял, что больше они с отцом вместе торговать на улице не будут никогда. Фирмы — производители йогурта, производство которого всё возрастало, теперь подвозили бидоны с йогуртом на пикапах прямо на Таксим или в Шишли, то есть чуть не к разносчикам домой. Теперь задача разносчика йогурта заключалась не в том, чтобы взять в Эминеню пятьдесят или шестьдесят литров йогурта и дотащить бидоны на плечах в Бейоглу или Шишли, а в том, чтобы забрать йогурт из пикапа и быстро разнести продукт по домам покупателей. Отец с сыном думали, что, если они сменят маршрут, заработок их увеличится.

Все эти перемены подарили Мевлюту чувство свободы, но вскоре он понял, что обманывается. У него уходило гораздо больше времени, чем раньше, на то, чтобы договариваться с теми, кому он отдавал на хранение свои бидоны с йогуртом и бузой, — с владельцами столовых, привередливыми домохозяйками и привратниками. В школу из-за этого он ходил реже.

Он начал чувствовать себя важным человеком и когда при отце вёл тетрадь, и когда с удовольствием торговался, опуская гирьки на весы. Их соседи-братья из деревни Имренлер, оборотистые и сильные, которых весь квартал прозвал «бетонщиками», потихоньку начали прибирать к рукам все столовые и буфеты в окрестностях Бейоглу и Таксима. На улицах Ферикея и Харбийе Мевлют старался снизить цену, чтобы не потерять прежних клиентов, и заводил новых друзей. Один его знакомый паренёк из Эрзинджана, которого он знал по Дуттепе и школе, устроился на работу в одной котлетной, где продавали много айрана, в районе Пангалты, а Ферхат был прекрасно знаком с курдами-алевитами из Кахраманмараша, владельцами бакалеи по соседству. Теперь Мевлют чувствовал, что он повзрослел в этом городе.

В школе его «повысили», допустив в подвальную уборную, где собирались школьные курильщики, и, чтобы закрепиться, он стал носить туда сигареты «Бафра». Все знали, что Мевлют зарабатывает, а курить начал недавно, поэтому от него ждали, что он будет даром раздавать сигареты дармоедам. Мевлют пришёл к выводу, что в средней школе он слишком восторженно относился к сообществу из уборной, состоявшему из вралей, у которых не было никаких дел, кроме как ходить в школу, и которые, несмотря на это, всё равно каждый раз оставались на второй год, нигде не работали и занимались только сплетнями.

Деньги, которые Мевлют зарабатывал торговлей, раньше он отдавал без остатка отцу. Но теперь тайно тратил часть их на сигареты, кино, спортлото и Национальную лотерею...

 

Перевод с турецкого Аполлинарии Аврутиной

Рекомендуем обратить внимание