Сегодня с вами работает:

книжный фей Рома

Консультант Рома
VELCOM (029) 14-999-14
МТС (029) 766-999-6
Статус консультанта vilka.by

 Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс

 Захаживайте в гости:

 www.facebook.com  www.twitter.com    Instagram

 
 
 
 
 
 
 
 
 

Авторы

 
 
 
 
 
 
 
 
Баннер
 
 
 
 
 
 
 
 

Книжная лавка

ПРОЗА / американская литература

icon Песня моряка

Sailor Song

book_big

Издательство, серия:  Амфора 

Жанр:  ПРОЗА,   американская литература 

Год рождения: 1992 

Год издания: 2009 

Язык текста: русский

Язык оригинала: английский

Страна автора: США

Переводчики:  Ланина Мария 

Мы посчитали страницы: 542

Тип обложки: 7Б – Твердый переплет. Плотная бумага или картон.

Измеряли линейкой: 208x133x34 мм

Наш курьер утверждает: 462 грамма

Тираж: 4000 экземпляров

ISBN: 978-5-367-00902-6

buy не можем раздобыть »

Закончился тираж... но не надежды на переиздание :)

Последний роман замечательного американского писателя, кумира нескольких поколений. Гротескный сюжет романа словно предостерегает общество от последствий воплощения «американской мечты».

Песнь моряка — третий роман американского писателя Кена Кизи. Книга написана после большого перерыва, спустя 28 лет после публикации его предыдущего романа «Порою блажь великая».

Действие романа происходит в небольшом городке Квинак на Aляске, населяют который преимущественно рыбаки. Жители городка ведут размеренную, степенную жизнь до тех пор пока голливудские продюсеры не решают устроить в городе очередной Диснейленд… В этом романе нет одной центральной идеи — он о судьбах самых разных людей.

 

Читать отрывок:

«Алиса Кармоди была «ПАПА». Её звали Свирепой Алеуткой. Она являлась одной из последних коренных жительниц Квинака, хотя и не принадлежала к алеутам. Её дед был шаманом племени в течение пятидесяти лет до того, как зачал её мать. Мать тоже уже начинала овладевать секретами мастерства, когда неотёсанный, но обаятельный русский эмигрант убедил бедную язычницу отказаться от нечестивых взглядов и связать свою жизнь с правоверным христианином. Все воскресенья он посвящал Богородице, а остальные дни недели водке с мартини. Звали его Алексей Левертов, и тяжелаякро жизнь, изобиловавшая несчастьями, сделала его мрачным и ненасытным. Пил ли он вследствие несчастий или наоборот? — вероятно, мать Алисы пыталась разгадать эту загадку, ибо ей нельзя было отказать в уме. Зато она не сомневалась в том, что загадочный чужеземец обаятелен и доступен, а шаманское ремесло хирело, учитывая, что соплеменников оставалось не более двух десятков. Поэтому последняя из квинакских шаманок отреклась от языческого наследия, отказалась от трансов, плясок и видений и поменяла свои мешочки с кореньями и поганками на чётки и шейкер для коктейлей.

Крошку Алису крестили в вышеупомянутой русской православной церкви, в этом увядающем перле на безымянном пальце дряхлеющего города. Когда Алисе исполнилось тринадцать, её мать скончалась от отравления грибами, по заключению медиков (неужто она впала в вероотступничество?), и темноглазая девушка заменила свою мать и в церкви, и в рыбачьей лодке. Она даже научилась смешивать водку с вермутом, как это нравилось мрачным русским.

В старших классах она была сразу же выбрана старостой, а на следующий год завоевала титул королевы на вечере встречи выпускников. Она была настоящей красавицей с тёмными глазами, в которых едва проглядывала балтийская синева, с полной грудью, с широкими бедрами и плечами. Но в отличие от остальных соплеменников у Алисы Кармоди была осиная талия. «Это ненадолго», — шептались представительницы прекрасного пола, когда она выходила из машины с открытым верхом в своём завораживающем вечернем платье. «Уж всяко мы попробуем это исправить», — тяжело дыша, думали представители противоположного пола.

И они не ошиблись. К рождественским каникулам талия начала быстро полнеть. К весенним экзаменам Алиса уже пользовалась упругой выпуклостью под платьем как подставкой, на которую можно было класть планшет с экзаменационной работой.

Она ни разу не намекнула на то, кто из воздыхателей ответственен за плод, зревший в её чреве, а хмурый вид препятствовал каким бы то ни было расспросам. Даже отцу Прибылову ничего не было известно, а уж он знал всю подноготную своих прихожан. За целое лето на исповедях Алиса и словом не обмолвилась о своем положении, однако старый священник стал первым человеком, к которому она принесла младенца. Как только она смогла встать, она положила младенца в подол и пронесла его в пикап мимо своего мертвецки пьяного папаши. Она пересекла церковный двор и подъехала к самым дверям дома приходского священника. Старик вышел на порог, сопя, щурясь от яркого солнца и жуя бутерброд с сырным маслом и копчёной лососиной. Он не различал цветов и страдал катарактой, но нюх у него был острым. Он улыбнулся, почуяв запах милой Джуной Алисы, бедной Джуной Алисы и отважной Джуной Алисы, отказавшейся от аборта. Она протянула ему свёрток.

— Помогите мне, отец. Это выше моих сил.

Священник перестал жевать и склонился над свёртком. Даже несмотря на свой дальтонизм, он увидел, что кожа ребёнка бела, бела, как сырное масло на его бутерброде, а глаза цвета лососиного мяса».

Рекомендуем обратить внимание