Сегодня с вами работает:

книжный фей Рома

Консультант Рома
VELCOM (029) 14-999-14
МТС (029) 766-999-6
Статус консультанта vilka.by

 Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс

 Захаживайте в гости:

 www.facebook.com  www.twitter.com    Instagram

 
 
 
 
 
 
 
 
 

Авторы

 
 
 
 
 
 
 
 
Баннер
 
 
 
 
 
 
 
 

Книжная лавка

ПРОЗА / французская литература

icon Из замка в замок (книга первая)

D'Un Chateau L'Autre

book_big

Издательство, серия:  АСТ,   Книга non grata 

Жанр:  ПРОЗА,   французская литература 

Год рождения: 1956  (1951 - 1956)

Год издания: 2019 

Язык текста: русский

Язык оригинала: французский

Страна автора: Франция

Мы посчитали страницы: 512

Тип обложки: 7Б -Твердый переплет. Плотная бумага или картон.

Измеряли линейкой: 217x143x38 мм

Наш курьер утверждает: 522 грамма

Тираж: 2000 экземпляров

ISBN: 978-5-17-117141-4

20.50 руб.

buy заверните! »

Наличие: "Их есть у меня!" :)

Луи-Фердинанд Селин (1894–1961) — самый скандальный, самый противоречивый, самый несчастный и самый талантливый французский писатель XX века. Всю жизнь он стремился вырваться из нищеты — и всю жизнь работал, как проклятый, за гроши. Пытался растолкать одурманенный алкоголем и одураченный правителями народ — а в ответ получал ненависть. Указывал на истинных зачинщиков кровопролитных войн — а его клеймили как нациста и антисемита. Будучи по образованию врачом — сам серьёзно болел из-за полученного на войне ранения и тягот тюремного заключения. Страстно любил Францию — а пришлось быть изгнанником в Данию. 

Одни возвеличивали его как гения, другие ниспровергали как амбициозное ничтожество. «Селин остаётся самым великим из современных французских романистов… с могучим лирическим даром», — утверждал драматург Марсель Эме. «Отвращение к Селину возникло у меня почти сразу… Терпеть не могу литературу, бьющую на эффект, ибо она охоча до клеветы и копания в грязи, ибо взывает к самому низменному в человеке», — возражал нобелевский лауреат Альбер Камю.

Замки, о которых говорит Селин, в действительности являются странными, кошмарными призраками, имя которым Война, Ненависть, Нищета. Три раза Селин оказывается обитателем замка: в Зигмарингене в компании маршала Петэна и его министров, в Дании, где он в течение 18 месяцев находится в заключении в тюрьме, потом ещё несколько лет на разрушенной ферме, и, наконец, в Медоне, где он практикует в качестве врача, и где всю его клиентуру составляют несколько таких же нищих, как он сам, пациентов. Это не столько роман, сколько исповедь, ибо объективность Селину не свойственна. С неподражаемым юмором он описывает обезумевших немцев, которым на голову обрушивается вся Европа, министров Виши без министерств и самого маршала накануне суда. Это взгляд на войну с другой стороны, взгляд, принадлежащий писателю, наделенному поразительной способностью видеть то, что может быть названо «изнанкой жизни».

Из истории создания романа:

Что касается романа «Из замка в замок», он был написан после войны, опубликован в 1957 году, считается первой частью трилогии, куда позже войдут романы «Ригодон» и «Север», и представляет собой повествование от первого лица о событиях, которые пережил Селин уже после другого бегства — бегства фашистов и оккупационного правительства.

В 1944-м правительство Петэна — и с ним Селин в качестве врача, — покинув Париж, оказались в немецком замке Зигмаринген, <...> неразбериха, войска всех мастей и обреченный пафос временных правительств. Единственное, что было известно наверняка, — обратной дороги нет. Селин (как и 1142 участника «исхода») прекрасно знал, что французы-победители будут мстить всем, кто остался с оккупантами, не только за коллаборационизм, но и за свою прежнюю трусость. Такая месть, как известно, бывает жестока вдвойне. Позже Селин, его жена и их кот Бебер перебираются в Данию, где у Селина были небольшие сбережения. Известное сравнение Дании с тюрьмой срабатывает буквально: Селину светит 75-я статья за содействие оккупантам, и он попадает в другой замок — с решетками на окнах. 

<...> никаких иллюзий — национальных или религиозных — Селин уже не питает. Национальная идея — после того, как во Франции «просрали» всё, что можно, — пошла для Селина прахом; что касается религиозных мотивов, то единственный абсолют, который Селин готов признать, — это судороги смерти и распад материи. Как практикующий врач он точно знал: здесь слукавить невозможно.

Письмо Селина и есть в какой-то степени попытка перевести в язык этот распад, опыт которого писатель вынес на собственной шкуре. Его роман — это мир глазами побежденного: взгляд с той стороны края ночи, когда зрачок приобретает особую чувствительность к свету.

<...>

Проза Селина в романе «Из замка в замок» — в отличие от ранних романов 30-х годов с относительно линейной структурой — полностью построена на имитации речи. Сюжетная линия безнадежно сплетается в клубок, и только по хвостам, которые из него торчат, можно различить авторский замысел. Два варианта прочтения этого романа: без учета исторической подоплеки (и тогда слова Селина выходят из своего времени и завораживают своим вечным чревовещанием) — и с помощью энциклопедических справок о тогдашней политической ситуации, которые, впрочем, не снижают пафоса воспаленного письма. Сам Селин не утруждает себя пояснениями, кто такой Ахилл, почему члены правительства «коллабос» жили на разных этажах замка и почему Сартра он без конца называет «Тартром». Свою речь Селин строит с условием, что слушатель не станет перебивать, как не перебивают актера во время драматического монолога.

<...>

...В романе Селина герой настолько очевиден, что в какой-то момент, завороженный его монологами и пунктуацией, читатель перестает воспринимать его как героя в привычном смысле этого слова. В этот момент — пародийной альтернативой — Селин представляет нам второго главного героя: кота Бебера.

Перед бегством из Парижа Селин подобрал на Монмартре кота. В саквояже с дырочками этот кот путешествовал с Селином и его женой всюду: от Германии до Дании и обратно — во Францию. Нацисты оставляли право на жизнь только породистым котам, помоечному Беберу грозила казнь, и лишь стараниями Селина его “любимый еврей” остался жить. Так вот этот кот и есть в некотором роде единственный положительный герой, этический индикатор письма, поскольку животным — и кошкам в особенности — Селин доверял больше, чем людям. Всякий раз, когда в целях «литературности» он прибегает к элементарному вымыслу, кот Бебер исчезает из его — и читательского — поля зрения: эгоистичное и ворчливое alter ego писателя, кот Бебер сам знает, когда, где и зачем ему появляться.

И последнее. Жак Бреннер в «Моей истории современной французской литературы» вспоминал свою встречу с Селином в «Галлимаре». Только что вышел роман «Из замка в замок». Селин сидел у редактора, «держался очень скромно и казался усталым». Бреннер попросил надписать книгу. С трагически-высокопарным видом Селин что-то начертал на первой странице. Когда Бреннер раскрыл книгу, там были написаны самые банальные слова посвящения. И только подпись сохраняла авторскую ухмылку: «Л. Фердин». Так, напоследок, Селин ещё раз поиздевался над литературой.

Глеб Шульпяков, «Журнальный зал»

 

Перевод с французского Маруси Климовой и Вячеслава Кондратовича

Рекомендуем обратить внимание